Новые биологические формы и виды в искусстве: между природой и технологией

1. Концепция
2. Основная часть:  — Клетки  — Растения  — Живые организмы  — Экосистемы
3. Заключение
4. Источники

Давняя мечта человечества о создании новой жизни обретает сегодня реальные очертания благодаря достижениям современной науки. То, что когда-то было областью алхимических фантазий и философских размышлений, теперь становится полем для художественных экспериментов и научных открытий. Достижения в области генетики и синтетической биологии открывают перед человечеством беспрецедентные возможности: изменение генетического кода, создание гибридных форм жизни и конструирование закрытых экосистем с заданными свойствами. Биотехнологии обещают не только возможное решения глобальных проблем в медицине, экологии или энергетике, но и ставят перед обществом крайне сложные этические вопросы.

В этом контексте био-арт становится уникальным способом для осмысления отношений между природным и искусственным подходом восприятия жизни, поиском нового, ещё не сформированного языка. Данное направление способно наделять эмоциональным смыслом и общечеловеческими ценностями результаты фундаментальные научных трудов и исследований. Био-арт выстраивает связи с бессмертием и смертью, моралью и другими социальными конструктами человечества.

В рамках этого направления, художник помимо своей основной роли творца приобретает статус исследователя или же учёного. Именно здесь данные понятия наиболее тесно переплетаются, образуя особенный взгляд на произведения искусства.

Дмитрий Булатов даёт следующую характеристику таким художникам: «С одной стороны, они находятся в современности, которая требует скорости и технологической адекватности, а с другой — пребывают в длительной традиции искусства, которая нивелирует понятие времени».[1] Определенные привилегии расширяют художественные возможности, позволяя выходить за традиционные методологические границы создания искусства. Научный инструментарий становится не просто средством, но и полноценным художественным языком.

Важно отметить неизбежное появление этических рамок вокруг био-арта. Это обусловлено новым статусом художника и его способностью активно модифицировать реальность. В ситуации, когда творец получает возможности прямого вмешательства в биологические и социальные процессы, неизбежно возникает общественный резонанс, накладывающий определенный аксиологический контроль на действия художника.

Именно поэтому я считаю важным рассмотреть вопрос о создании новых биологических видов и организмов в рамках художественных высказываний. Анализ данной темы позволяет выявить различные антропологические грани — от проявления частичного эгоизма и любопытства «игры в создателя» до способов рекреации или переосмысления механизмов будущей природы.

Целью моего исследования стало проанализировать как художественные практики био-арта переопределяют понятия об этике гибридных биологических форм. Каким образом это влияет на трансформацию представления о витальности самой жизни?

Исследование поделено на четыре смысловые части: «клетки», «растения», «живые организмы», «экосистемы». Рубрикация позволяет проследить эволюционную логику художественных экспериментов от микроуровня до комплексных систем. Такое разделение, на мой взгляд, отражают не только усложнение художественных стратегий в био-арте, но и расширяет этическое поле для обсуждения вокруг искусственно созданной природы.

В своей работе я рассматриваю произведения художников, чей фокус был сосредоточен на создании и модификации различных витальных биологических единиц, а также на переосмыслении природных систем и её процессов.

В качестве текстовых источников я обращался к различным интернет-публикациями про связь науки и искусства, а также к критическим статьям и интервью с некоторыми художниками. Использованные изображения были взяты с персональных сайтов художников, а также с онлайн выставок и тематических интернет-ресурсов по обсуждению био-арта.

Джо Дэвис является одной из основополагающих фигур в области био-арта и также одним из его пионеров. «Микровинера» представляет собой закодированный внутри ДНК кишечной палочки инфоген в виде двоичного кода. Декодируя его, получается графическое обозначение первобытной германской руны Algiz — ᛉ, которая означает символ женщины или же жизни. Эта бактерия способна выживать даже в экстремальных условиях, размножаясь путём быстрого деления, распространяя таким образом зашитую информационную единицу.

Работа, с одной стороны, воспринимается как желание человека подписать саму жизнь на молекулярном уровне, стремясь присвоить себе право контролировать её во всех проявлениях. Однако нельзя не отметить поэтичность Дэвиса в том, что он вносит в её ткань культурную единицу в виде обращение к богине Венере. Которая теперь предстаёт не из водоворота морской пены, а из спирали генной нити.

«Genesis» — трансгенное произведение американского художника Эдуардо Каца. Ключевым элементом работы является искусственно выведенный «ген художника», созданный путем перевода предложения из библейской книги Бытия на азбуку Морзе и преобразования далее в пары оснований ДНК.

Произведение экспоринировалось в галереи, где на одной стене проецировался изначальный библейский текст, зашифрованный внутри клетки, а на другой выводился изначальный генетический код в виде секвенции. Зритель мог влиять на процесс изменения клеток внутри чашки Петри путём направления ультрафиолетового света. В результате этого происходила мутация клеток вместе с искажением закодированного сообщения.

Этим Кац подчеркивает, что он, как и современный человек, не принимает утвержденное в Библии знание в той форме, в которой его первоначально унаследовали люди. Технологии позволяют реконструировать информацию о жизни, адаптировать её под собственные нужды. Художник утверждает, что представления о новых биологических формах неизбежно будут формироваться через коллективный акт, где творцом выступает не один человек, а также и окружающие люди.

Мутация информации напоминает принцип работы компьютерной медиа-системы, где существует три основных операции: ввод, обработка, вывод. В данном случае информация искажается как в результате взаимодействия с технологиями, так и с самой жизнью, проблематизируя идею полного контроля и понимания процессуальности природы.

«Mechanisms of life» Орона Каттса и Ионат Цурр — инсталляция с системой биореакторов, где художники выращивают «протоклетки» (первичное и примитивное представление о жизни) в специально созданных условиях, демонстрируя процессы роста и регенерации тканей.

Художники обращаются к экспериментам французского учёного Стефана Ледюка 1911 года. Он пытался доказать механистические начала жизни и опровергнуть идею витализма — философскую концепцию, утверждающую, что происхождение и явления жизни зависят от некой нематериальной силы или принципа, отличного от химического или физического процесса.

В проекте «Ergo Sum» Шарлота Джарвис создала собственный биологический автопортрет. Для реализации этой работы художница предоставила собственные биологические материалы в лабораторию, которые после были преобразованы в стволовые клетки. Они были запрограммированы на развитие специализированных тканей: клеток мозга, сердца или кровеносных сосудов. Итогом стал уникальный объект — «второе я», биологический двойник, синекдоха тела, собранная из синтезированных частей.

«Ergo Sum» выступает вызовом устоявшимся представлениям об идентичности и даже концепции бессмертия. Клетки, созданные в рамках проекта, одновременно являются «Шарлоттой» в биологическом и генетическом смысле, но остаются чуждыми ей, так как никогда не существовали внутри её тела.

Декартовское изречение «Cogito, ergo sum» («Я мыслю, следовательно, я существую») в рамках работы получает новое значение. Понятие «я» определяется не через мышление, а через биологическое присутствие, материальность тела, созданного из стволовых клеток. Художница ставит вопрос: действительно ли сознание живого организма является единственным признаком регистрации его существования, или же субъектное «я» может быть трактовано также через физическое присутствие?

Вопрос обретает особую важность в контексте обсуждения отнологического статуса создания новых биологических форм. Большинство выращенных в лабораториях организмов не имеют сознания вовсе, но это не может отменять их материальности и витальности.

Говоря о размытии понятия «я» в рамках био-арта, нельзя обойти стороной произведение Эдуарда Каца — «Эдунью» (Эдуардо + Петунья). Оно представляет собой эксперимент с ДНК, где человеческий ген, выделенный из крови, был интегрирован в клетки обычной петуньи. Ген проявляется исключительно в красных, венозных прожилках, которые визуально выстраивают сходство между человеком и растением.

Кац интерпретирует эту работу как создание сущности нового типа, которая одновременно включает в себя характеристики человека и растения. Краснота крови и прожилок становятся символическим маркером их общего биологического, но одновременно несуществующего наследия. «Эдунья» является не просто гибридным организмом, но и концептуальным объектом, который демонстрирует возможности нового понимания связей между видами.

Проект «Spirit Molecule II» Хезер Дьюи-Хэгборг и Филиппа Эндрю Льюиса представляет собой инсталляцию, которая соединяет биотехнологии, искусство и ритуальные практики. В центре работы — идея создания генетического мемориала, где клетки ушедшего из жизни человека интегрируется в растение.

Внутри стеклянных сосудов выращивается генетически модифицированный мох, содержащий митохондриальную ДНК различных людей. Художники предлагают новый способ увековечения жизни, где мемориальная практика переносится с культурно-религиозного на биологический уровень. Мох становится не только воплощением связи с утраченной жизнью, но и объектом живой памяти, которая продолжает автономно существовать и развиваться.