Проект основан на личных переживаниях на тему утраты близкого. Работа ставит перед зрителями ряд вопросов.
Идентичность погибшего: его тело это все еще он или уже нет?
Когерентность души и тела сразу после похорон: почему в религиозной традиции тело лишь оболочка для души, но и после смерти, желая обратиться к ушедшему, люди разговаривают с захоронением?
Как две эти составляющие связаны при жизни более очевидно, а вот что становится с ними после смерти определить уже проблематично.
Материалы в работе отсылают на русские погребальные атрибуты, на простыни, которыми принято завешивать зеркала в доме, где находится покойник, обивку гроба и на белые платья, на скатерти и салфетки на поминках.
Дуальная инсталляция, где нижняя часть это материальная часть усопшего — а именно его тело со всеми его биологическими процессами, а верхняя — эфемерное представление о человеке, в религиозной традиции, называемое душой. Нижняя половина — керамическая фигурка в деревянном гробу, верхняя — текстильная скульптура, крепящаяся к потолку.
Верхняя и нижняя часть инсталляции «общаются» между собой с помощью лампочек.
