А
А вот и начало
Дмитрий Александрович Пригов «Инсталляция»
Что может спасти человечество от распада — возможно, уборщица, которая сделает, чтобы было чисто. Но что и как она убирает, а может, убирают ее, или инсталляцию? Мы знаем только одно: уборщицу надо убрать — потому что Пригов говорит, что «такая потребность для нашей инсталляции». Убирать, убираться, очищать. Всё. Теперь ничего лишнего.
Режиссер: Ася Литвинова Композитор: Мария Аникеева Художник:Катерина Серьёзная Драматург: Ольга Иванникова Вокал: Евгения Фомина Хор: Людмила Данилова, Мария Гескина, Ксения Дягилева, Лида Синельник
Дмитрий Пригов «Для бедной уборщицы» Инсталляция
Перформанс вдохновлен художником и поэтом Дмитрием Приговым, одним из основоположников московского концептуализма. «Ничего лишнего» выстраивается в режиме реального времени вокруг уборщицы, исполняющей романсы на стихи известного концептуалиста. Хористы, которые создают инсталляцию, постепенно вплетаются в музыкальный материал певицы–уборщицы, дефрагментируя и поглощая его. Проект направлен на рассуждения об информационном и реальном мусоре, а также ставит вопрос, возможно ли сохранить свой голос в мире, где слишком много всего.
Меня зажег текст Дмитрия Пригова «Инсталляция», и хотелось сохранить его нерв, неистовство, энтропию, но не разыгрывать сам текст, а найти ему эквивалентное сценическое действие. В перформансе сохранена реалистичная ситуация построения инсталляции в режиме реального времени, но основное событие, убийство уборщицы ради построения инсталляции, решено метафорически, музыкальными средствами. Для этого мы с командой придумали противоборство романсов и шумовой музыки, произвели рекомпозицию текста для усиления контраста между чистотой и хаосом, а в инсталляцию (по возможности) действительно поместили «всё-всё-всё».
Действие начинается с того, что идет концерт пианистки по стихам Пригова, но вдруг уборщица прерывается с мытьем пола и начинает петь ироничные романсы на стихи Пригова. Пианистка подхватывает новые правила игры, уборщица проявляет свой голос. Только постепенно вокруг них двоих закручивается инсталляция силами монтировщиц, которые постепенно начинают не только пространственно, но и звуково поглощать уборщицу. Всё безжалостно захламляется, и голос уборщицы тонет среди шума и ярости. Финал — тишина, аналог чистоты. Только где теперь уборщица?
Б
Будем учиться искусству инсталляции. Это, конечно, сопряжено с определенными трудностями, но отнюдь не с такими запредельными, как может показаться на первый взгляд, но и не без них, как тоже может показаться с первого взгляда.
Дмитрий Александрович Пригов «Инсталляция»
Дмитрий Пригов
Пригов Дмитрий Александрович Плачущий глаз (Для бедной уборщицы) 1991 Манекен, ткань из 2-х частей
В текстах Пригова уборщица, благородная и жертвенная, борется с нарастающей энтропией, и она должна умереть. Здесь автор в каком-то смысле продолжает литературную традицию маленького человека. И уборщица в советской действительности занимается сизифовым трудом молча, самоотверженно и бессмысленно.
В перформансе мы поместили ее в настоящее время, наполненное цифровым шумом и коробками с вайлдбериз, а также дали ей голос, но в низком жанре - романса. Она отвлеклась от труда - рассказать о своей миссии языком приговского сарказма, но энтропия поглотила ее визуально и аудиально - через захламление и заглушение. Дмитрий Саныч в перформансе же возведен в ранг "нашего всего", к этому прилагается почитательница и охранительница в лице пианистки и ведущей вечера романсов.
Энтропия преследовала нас на всех этапах, подбрасывая интересные решения из случайностей. Наверное, самой большой находкой стала бегущая строка со сбитым режимом выравнивания текста, через которую Дмитрий Саныч коммуницировал с другими героями. Ну и подвалы ГРАУНД Солянки, основного поставщика разных, порой неожиданных предметов, использованных нами в инсталляции, сделали свое дело.
Катерина Серьезная Эскизы постановки
Дмитрий Пригов
Уборщица Пригова узнается здесь иконографически - женская фигура в драпировке, скрывающей ее лицо.
По задумке, энтропия должна нарастать так, чтобы уборщица не успевала с ней справляться. Хаос и беспорядок здесь явлен через знакомые современному человеку предметы повседневного обихода - коробки с ПВЗ, дорожные конусы, банки, склянки, вместе с некоторыми предметами, перечисленными Приговым в тексте "Инсталляция":
Ж
(…) же уборщица как бы представительница самого низа беспрестанно рассыпающейся жизни, пытающейся стать ничем, полнейшей энтропией! это она, уборщица, словно культурный герой поднимается на это море хаоса и слабыми своими, худыми, кровоточащими ручонками спасает человечество от ужаса распада, энтропии, вечного холода, ужаса! мрака! хлябей разверзшихся! гноя! крови! спазм и мрази! говна и блевотины! — понятно! — спазмов хтонических! — понятно! — потоки! потоки! ужас! ужас! — понятно! — тьма неопределимая! — понятно! — понятно? — понятно!
Дмитрий Александрович Пригов «Инсталляция»
Так, пространство постепенно заполняется мусором и информационным шумом, вкупе с красным цветом, которого становится все больше и больше с каждой сценой. Нарастающий хаос выражается и через динамику, появляются движущиеся элементы, например, летящие сигнальные ленты на вентиляторах или старые телевизоры с белым шумом.
Тексты Пригова полны юмора, иронии и художественного описания повседневности. Стало любопытно, что будет, если соединить его тексты из этого «бытового» цикла и инсталляцию «Уборщицы». Если бы эта уборщица ожила и оказалась бы в наших современных реалиях, как бы она себя вела? Что делала? Как выглядела? Как существовала?
Так и появился образ современной, борющейся с постоянно нарастающей энтропией уборщицей. Она использует голос и пение не только как способ отвлечься от внешнего мира и присоединиться к чему-то приятному и мелодичному, как романсы, но и способ быть услышанной и увиденной, оказаться на сцене и словами Пригова заявить о своей доле людям. Так наша уборщица оказывается на сцене среди постоянно разрастающейся и старающейся её поглотить энтропии. Кто победит – уборщица или беспорядок? Тут - как посмотреть и что считать победой.
Так бытовое, саркастическое, трагическое и лирическое сочетается друг с другом в образе уборщицы, современности, классического «русского романса» и абсолютного хаоса.
Текст – как отдельный персонаж - тоже в какой-то момент выходит из-под контроля, и бегущая строка начинает жить собственной жизнью, присоединяясь к общему помешательству, бунтуя и захватывая и пространство и внимание зрителя.
Такой вот текст написал Дмитрий Саныч, а мы его только смонтировали и подсветили.
Романс 1. «Энтропия»
Я с домашней борюсь энтропией Как источник энергьи божественной Незаметные силы слепые Побеждаю в борьбе неторжественной Незаметные силы слепые Побеждаю в борьбе неторжественной
В день посуду помою я трижды
Пол помою-протру повсеместно
Мира смысл и структуру я зиждю
На пустом вот казалось бы месте
Мира смысл и структуру я зиждю На пустом вот казалось бы месте
Вот.
Пока уборщица исполняет, пианистка может выкрикивать слова, например, после каждой строчки (беспорядок, хаос, кавардак, бардак, путаница, вавилон, дурдом, содом, сумбур, базар, шабаш, тарарам, беспутица) последнее слово «энтропия» (а может и не выкрикивать)
УБОРЩИЦА Что ни делается — все к лучшему
Выносят буквы
К
Конечно, конечно, полно и других вещей, которые можно было бы употребить
Дмитрий Александрович Пригов «Инсталляция»
Романс 2. «Тараканий Бог»
Вот на кухню выхожу Вот те сразу тараканы
А что нам эта грязь -- нищтяк! Подумаешь -- испачкал ножки
К одному я подхожу
Здравствуй -- говорю – дружище
А что нам эта грязь -- нищтяк! Подумаешь -- испачкал ножки
Узнаешь, мол? -- Узнаю
Помнишь ли -- я говорю
А что нам эта грязь -- нищтяк! Подумаешь -- испачкал ножки
Как тебя чуть не сгубила?
Помню помню -- говорит
Что за счастье жить с такими
ПИАНИСТКА -Не противно ли самой? УБОРЩИЦА -Конечно, противно А что поделаешь Вот.
Выносят палеты из-под яиц
Романс 3. «Грязная ностальгия»
Вымою посуду Зимним вечерком Еще лучше ночью Когда спят кругом
Мою, вспоминаю:
С этим вот я ел
С этим выпивал
С этим вот сидел
А теперь где? -- нету
Померли они
Вечер посидели
Вечерок один
За то вот на том белом свете
Мы сядем за белым столом
Как малые чистые дети Они же с разинутым ртом
Резко меняется мотив. УБОРЩИЦА поёт уже не меланхолично, а яростно.
Только вымоешь посуду Глядь -- уж новая лежит Уж какая тут свобода Тут до старости б дожить Правда, можно и не мыть Да вот тут приходят разные Говорят: посуда грязная -- Где уж тут свободе быть
Вот.
ПИАНИСТКА Терпите! терпите! еще немножко - и все будет в порядке! Дмитрий Алексаныч
Выносят банки и коробки озона
