Ретроспектива мнений о душе и подходы к выделению аспектов существования: тело, душа, разум
Что такое душа? Существует ли она вообще? Собственный голос в голове, мысли, проскальзывающие в головах людей — это проявление воли души или порождение разума, заключенного в теле каждого человека? На эти вопросы разные люди в разные периоды отвечали по-разному.
Так, одним из первых отделяет душу от тела Рене Декарт. Он сомневался во всём: во всём что он знал, во всём, во что верил, и сам факт сомнения натолкнул его на вывод, что мышление — единственная вещь, которая не способна быть опровергнутой. Постулируя с христианских позиций психофизическую проблему, которая в дальнейшем ляжет в основу европейских исследований, он выделяет протяженную (res extensa) и мыслящую субстанции (res cogitans). Для Декарта res cogitans выступает в качестве краткой дефиниции души, из которой следует ее способность к мышлению, а следовательно и разумная природа. Так и вы водится самый известный декартовый тезис «cogito ergo sum» — я мыслю, следовательно, я существую. [10]
На основе рассуждения выше можно сделать вывод о том, что человек является существом замкнутым между собственной телесностью и разумностью. Его душа сосуществует с телом, и друг без друга они перестанут в полной мере функционировать как «человечность». Рассуждение Декарта наталкивает на популярный фильм «Бегущий по лезвию 2049», который затрагивает вопросы идентичности и самосознания: как вообще воспоминания, эмоции и способность к рассуждению, выступая индикаторами человечности, формируют понимание себя как людей или существ с душой.
Рис. 1. «Бегущий по лезвию 2049», 2017, Джой как голографический партнер ИИ для людей. [1]
Ответ на вопрос «где проходит грань между людьми и репликантами в каноне фильма» можно получить, не заходя очень далеко:
— А в чем разница? — Наверное в том, что у рожденных есть душа.
Кей пытается понять, является он просто «машиной», созданной для беспрекословного выполнения поставленных задач и приказов, или же он обладает чем-то большим. Сомнение в собственной идентичности является частью декартовского способа самопознания. Оно отражает рефлексию, но в контексте самого кино одного только сомнения недостаточно, поскольку в дополнение к нему встает вопрос в подлинности этого сомнения.
Рис. 2. «Бегущий по лезвию 2049», 2017, Кей находит деревянную лошадку из якобы поддельных воспоминаний. [1]
«Если ваши воспоминания реалистичны, то вы чувствуете себя человеком».
Память устроена так, что спустя много времени после произошедшего события, от следа о нем остается лишь легкий осадок, скопление ощущений. Люди запоминают чувствами.
Рис. 3. «Бегущий по лезвию 2049», 2017, Кей находит деревянную лошадку из якобы поддельных воспоминаний. [1]
Эмпирическое познание по Декарту крайне ненадежно, однако эмоции и чувственная сторона, согласно его учению, так или иначе свойственны только существу одухотворенному. [10]
Рис. 4. «Бегущий по лезвию 2049», 2017, проявление злости у Кей. [1]
В рационалистической теории чувств мыслитель утверждает, что «Страсти не могут быть вызваны усилием воли и от них нельзя освободиться с помощью воли», это результат «душевного движения», которое предшествует физиологическому изменению в организме (румянец, слезы и так далее).
Рис. 5. «Бегущий по лезвию 2049», 2017, Лав плачет после убийства лейтенанта Джоши. [1]
Следовательно, человек — это не просто физическое существо, не просто тело. Это существо мыслящее, разумное, способное к рефлексии, а значит и существо одушевленное.
Рис. 6. «Бегущий по лезвию 2049», 2017. [1]
Таким образом, появляются две «сущности» — тело и душа, которая этим телом управляет.
В свою очередь, Кант не был фанатом дуализма, он агностик и, скажем, так себе христианин. Он начинает разделять понятия души и разума между собой. Душа человека обладает волей и реализует эту волю, претворяет ее в жизнь, пользуясь разумом как инструментом, который помогает этой воле направляться в нужное русло. [10]
Эти два представления о человеческой душе отличаются друг от друга, но сохраняется в них одно — душа человека всегда на самом верху, она противопоставлена телу и гордо возвышается над ним.
Однако устройство мозга и нервной системы, тело сильно влияют на то, как себя ведет человек, и эта неподконтрольная силе мышления составляющая является полноценной частью нашей личности. Уместными здесь будут вопросы о том, что нас в таком случае отличает от животных и насколько наша личность предопределена химическим составом физической оболочки. Что делает человека чем-то исключительным? Аленка Зупанчич в своей статье «Человеческое животное» рассматривает этот вопрос, обращаясь к идеям Канта, Ницше, Фрейда, Лакана и других мыслителей.
«Иными словами, как люди, мы не отличаемся от животных как „целостных существ“; мы отчасти животные, а отчасти нечто иное, даже совершенно иное» [4]
Именно это «нечто иное» в человеке, представленное нравственностью, идеологичностью, чем-то большим, чем сам человек, радикально отличает его от животного обыкновенного, делая его зверем лишь частично. Таким образом, можно представить его как дихотомию двух полярных позиций, работа которых притом направлена в одно русло — к утверждению жизни. Вновь вспоминается «Бегущий по лезвию 2049»:
«Погибнуть за правое дело, что может быть более человечным?»
Рис. 7. «Бегущий по лезвию 2049», 2017. Встреча Кей и Фрейсы Садегпур [1]
Разум и воля настроены не только на выживание особи самой по себе, как это обыкновенно устроено у бездумного зверя. Они способны на причастность к идеям сверхчеловеческим, об этом нам говорит Кант, когда рассуждает о концепции долга, как абсолютного добра, и трансцендентальной природе сознания: еще не в пространстве непознаваемого, но уже не эмпирический продукт голого опыта.
Идея существования души очень стара, и стоит понимать, что вышеперечисленные концепции хоть и могут найти свою актуальность даже сегодня, но уже не современны, в связи с чем можно задать вполне ожидаемый вопрос, который исходит из вопроса о разнице между душой и разумом: а существует ли вообще человеческая душа? Критика религиозного сознания, сотворение нового технологического Бога в лице науки, новые открытия — все это подталкивает к сомнению в валидности такой вещи, как душа.
На ум приходит фильм 1999 года «Догма», который целиком и полностью пропитан насмешкой и иронией по отношению не только к религии как таковой и ее правилам, но и к отношению людей к ней.
Рис. 8. «Догма», 1999. «Католичество это круто!» — кампания по продвижению католицизма и смена символа распятия. [2]
Абсурд, который несут сцены с ангелами, показывают, какими нелепыми могут быть представления о душе человека, сцепленной с жестким рамкам религиозных учений, наглядно демонстрируют, что многие из представлений религии являются конструкциями, необходимыми лишь для объяснения вещей, которые человек не мог объяснить в какой-то момент своего существования. Вера становится оправдательным конструктом незнания и немощи.
Рис. 9. «Догма», 1999. «Вера, основанная на мифических постулатах, разрушает сущность человека». [2]
Нельзя пройти мимо и научной фантастики, которые утверждают, что совместив набор воспоминаний и принцип мышления в виде цифрового алгоритма можно создать не отличимую искусственную копию человека — например, фильм «Мой создатель», в котором четко прослеживается позиция отрицания существования души.
Рис. 10. «Мой создатель», 2020. J3 в процессе создания. [3]
Так, появляются две строго оформленные и противопоставленные друг другу позиции:
1 — Душа существует, она возвышается над телом и разумом. Душа — источник воления и разума; человек разумен, потому что одухотворен и свободен.
2 — Души не существует, за нее принимали разум человека, заключенный в головном мозгу каждого из нас и биохимических процессах телесности.
Ограничения исследования
