Личный дом

В этой части визуального исследования авторка рассматривает фотографию приватных пространств. Дом зачастую становится интимным пространством, в котором наиболее сильно проявляется человеческая близость, поэтому во многих из рассмотренных серий портретная фотография становится важной частью авторского высказывания. В этом разделе авторка интерпретирует дом не только как физическое пространство, но и как образ быта. «Домашнее поведение» так же становится частью самого дома, так как эмоциональное воздействие, оказываемое в определенном пространстве — тоже часть пространства.

Серия Джули Куон " От света, пыли и уходящего» — дневниковые фотографии родительского дома в Чайнатауне в Нью-Йорке. В период съемки авторка все еще проживала в этом доме, и наблюдала за его ежедневными состояниями. Фотографии Куон — портреты домашних объектов и времени. Авторка в серии не показывает родительских лиц, но иногда на фотографиях проглядываются фрагменты родителей, встраивающиеся в интерьеры так же, как геометричные рисунки света. Квадратный формат изображений Куон втягивает зрителя в дом, концентрируется на его образах в отрезанный момент. В такой громкой самостоятельности фотографируемого мгновения читается принятие течения времени, оставляющего пыль на поверхностях и быстро меняющего световой рисунок. Родительский дом становится для Куон местом, манифестирующим уходящее.

Взросление родителей происходит, и отражается во взгляде Куон на стены дома, каждый предмет теперь говорит об изменениях. Домашним интерьерам присуще постоянство: фотографии, висящие на стенах, наверное, висят там уже много лет. Дома каждый предмет имеет свое место, это доказывается временем и врезается в человеческое восприятие, прорастает корнями, и каждый прибитый гвоздь кажется прибитым на километры.

Но, однажды, постоянство становится предано жизненными обстоятельствами, будь то луч света или близкие люди. Так, образ дома в фотографиях Куон становится метафорой размышлений о смерти.

Что побуждает меня продолжать эту работу, назвать сложно. Это больше связано с любовью,  чем с социологией, с ролью субъекта драмы, а не свидетеля. И в странном и запутанном процессе работы все меняется; Границы размываются, моя дистанция ускользает, высокомерие и иллюзия иммунитета летают бабочками. Я просыпаюсь посреди ночи, ошеломленный и расстроенный. Это мои родители. Из этого простого факта все и следует. Я понимаю, что помимо рулонов пленки и нескольких хороших снимков, требования моего проекта и мое замешательство в его значении заключается в желании воспринимать фотографию буквально. Чтобы остановить время. Я хочу, чтобы мои родители жили вечно.» — Ларри Салтан

Книга «Фотографии из дома» Ларри Салтана — очень личное высказывание о родительском доме: раньше по ночам, пока все спали, Салтан доставал сигареты из маминой сумочки и на время чувствовал, что дом принадлежит лишь ему, но теперь Ларри повзрослел и этот дом для него другое место. Автор снимает этот проект, потому что это его неизбежная миссия: но не художника, а ребенка, наблюдающего за взрослением родителей и собственными изменениями. Эти фотографии — попытка остановить время.

Однако, зритель видит и другую картину: в своих текстах Салтан не скрывает уязвимости, но куда более аккуратно ее следы проникают в яркие фотографии, вызывающие ассоциации с открытками об идеальной американской жизни. Экстравагантный дом с выжигающе-зелеными стенами возбуждает зрительский интерес к жизни, которая скрывается в этих стенах.Родители Салтана и сами излучают похожий свет: в портретах много действия, движения, игры и улыбки. Но где-то в глубине прослеживается сомнение, слабость, страх, и дом, с жизнерадостными узорчатыми обоями, не способен уберечь от плохого.

Фотосерия «За стеклом» была сделана австралийской фотографкой Лизой Соргини в период коронавирусной пандемии.

Материнство в первую пору часто подразумевает временную изоляцию от остального мира. В этот период мама с ребенком находятся в доме как в коконе, здесь они выстраивают сильную эмоциональную и физическую связь, соединяются на бытовом уровне.

Однако, во время локдауна, закрытость от внешнего мира потеряла временные рамки, дом стал не только самым важным пространством, но единственным доступным. Материнство стало еще более трудоемким и бесконечным образом жизни. Запечатлевая семьи через окна, художница позволяет зрителям подглядеть за жизнью, существующей в родительских домах во время пандемии.

В серии «Маленькие мифы» Микико Хара сопоставляет фотографии людей в публичных и приватных пространствах. Даже в общественных местах, Микико удаётся поймать неловкие, интимные моменты в движении незнакомцев. Публичность на этих фотографиях позволяет по-своему обнажиться; не так, как в закрытых стенах дома, но не менее смело и искренне.